ben_aryeh (ben_aryeh) wrote,
ben_aryeh
ben_aryeh

Categories:

Бер Борохов. Экономическое развитие еврейского народа. 1916.

Впервые опубликовано в еженедельнике Der Yiddisher Kaempfer, в Нью –Йорке. Английский перевод из книги Nationalism and the Class Struggle: A Marxian Approach to the Jewish Problem, 1937. В настоящем посте я позволил себе не приводить статистические таблицы позапрошлого века, на которые ссылается автор. Впрочем, если они заинтересуют читателя, то я готов их воспроизвести.

I

Социально-экономическая структура еврейского народа радикально отличается от таковой у других наций. Наша это аномальная, ненормальная структура. Упрямые защитники галута хотели бы отрицать или игнорировать эту истину. Сейчас, однако, их глаза открылись; и хотя немногие в состоянии предложить удовлетворительный анализ нашей экономической аномальности, нет серьезного исследователя еврейской жизни, который может игнорировать ее.

Случай еврейского народа аналогичен случаю пациента, который жалуется на различные боли в течение ряда лет, но врач не может поставить удовлетворительный диагноз. Нет никаких сомнений в отношении болезни пациента, но в ее ходе организм выработал некоторую степень сопротивляемости ей. Со временем сопротивляемость организма возрастает, но характер болезни меняется, появляются новые симптомы, и врач оказывается в постоянном недоумении. Точно так же и еврейский народ не пассивный пациент, ожидающий своей неизбежной кончины. Сопротивляемость проявлялась в разные времена. Но естественные усилия по восстановлению органического равновесия были всегда. Поэтому, естественно, диагнозы наших социальных «врачей» варьировались в зависимости от морфологии заболевания.

Тринадцать или четырнадцать лет назад один из таких диагнозов, поставленнный группой еврейских социалистов, появился под названием непролетаризации. Его главный тезис состоял в том, что еврейский пролетариат не может быть пролетаризован. Очевидное противоречие, содержащееся в утверждении, что «что еврейский пролетариат не может быть пролетаризован», привело к тому, что Поалей Цион, который первым выдвинул эту теорию, также первым отказался от нее. Сионисты-социалисты дольше всех сохраняли эту нелогичную теорию. Однако они также попытались устранить некоторые из ее грубостей, превратив их в теорию «неиндустриализации».
Яков Лечинский, ведущий экономист сионистов-социалистов, посвятил свою книгу «Еврейский рабочий в России» изложению этой теории. Его главный тезис о том, что «еврейский рабочий не может быть промышленно развит», лишь незначительно отличался от своего прототипа. Книга, как и принцип, на котором она была построена, представляет собой беспорядочную смесь здравых идей с серьезными ошибками.

Абсурдно утверждать, что еврейский рабочий не может быть «пролетаризован ». То, что он рабочий, очевидно из того факта, что он перестал быть «владельцем», что он поставил свою рабочую силу на рынок и фактически стал членом пролетариата. Следовательно, утверждение о том, что еврейские рабочие не могут достичь собственной пролетаризации, становится еще более абсурдным, когда оно исходит от Еврейской социалистической рабочей партии.Не менее нелепо утверждать, что еврейский труд не может быть индустриализирован. Яков Лечинский жалуется в упомянутой книге, что около 1897 года не существовало ни одной фабрики, на которой работало тысяча еврейских рабочих. Однако в справочнике по статистике, на котором он основывал свою работу, говорится (том II, стр. 77) о табачной фабрике в Гродно в 1898-99 годах, где были заняты 1594 еврея рабочие. Тот же завод имел паровой двигатель мощностью 36 лошадиных сил. Кроме того, литература общего и еврейского рабочего движения в России содержит подробные отчеты о многочисленных забастовках, проведенных еврейскими рабочими в русской черте оседлости. В нелегальной литературе того периода (1900-1905 гг.) зарегистрировано не менее пятидесяти заводов, на каждом из которых работает более ста еврейских рабочих. Следующие примеры также заслуживают внимания: фабричный завод в Варшаве с 1000 еврейских работников, табачная фабрика, на которой работают 500 евреев, и стекольная фабрика в Полоное с 400 еврейскими работниками.

II

Америка открыла для еврейского иммигранта даже большие возможности для работы, чем самые высокоразвитые отрасли в Восточной Европе. Нет статистических данных о еврейских фабриках в Соединенных Штатах, но мы уверены: еврейский труд в Америке, который сосредоточен почти исключительно на игольной промышленности (в отличие от большего разнообразия занятости в России), определенно предполагает пропорции массового производства, которые характеризуют большой бизнес. Например, в Петерсоне, Нью-Джерси, есть большие текстильные фабрики с огромным количеством еврейских рабочих. В Чикаго в магазинах одежды Розенвальда работают несколько тысяч еврейских рабочих.

Однако остается верным то, что еврейские отрасли не достигают того масштабного развития, которое достигнуто нееврейскими отраслями. Ни один еврейский завод, даже крупнейший, не может конкурировать с такими гигантскими предприятиями, как металлургический завод Круппа или автомобильные заводы Форда. Еврейский предприниматель не мечтает об отраслях такого масштаба, еврейский работник не мечтает об отраслях такого масштаба, и еврейский работник не имеет к ним никакого доступа.

Конечно, еврейские массы пролетаризируются. Еврейский труд становится индустриальным. Процесс, однако, медленный, а его развитие ограничено и однобоко. Более того, еврейские предприниматели, похоже, имеют естественную тенденцию к мелкому производству. Экономист Марголин называет эту тенденцию индивидуализацией промышленности. Еврей, обладая скудными средствами, часто решает стать боссом "сам по себе" в обстоятельствах, при которых гой никогда не посмеет влезть в такое предприятие. Еврей часто создает бизнес или фабрику с незначительным «капиталом» и, таким образом, становится «капиталистом». Гой чаще предпочитает оставаться «наемным рабом» на всю жизнь, даже если его сбережения больше, чем у его еврейского коллеги по работе. Предприимчивый дух еврея неудержим. Он отказывается оставаться пролетарским. При первой возможности он воспользуется возможностью подняться на более высокую ступеньку социальной лестницы.

Это желание достичь «успеха» является глубоко укоренившейся характеристикой трудящихся масс евреев. Портные, сапожники и производители сигар с нетерпением ждут возможности избавиться от своих инструментов и подняться на более высокий уровень в области страхования, стоматологии, медицины, юриспруденции или в самостоятельном бизнесе. Этот непрерывный исход тысяч из рядов еврейского труда и необходимый приток тысяч для их замены объясняет нестабильность трудящихся еврейских масс. Этот своеобразный феномен еврейского труда коренится в общем характере нашей экономической истории.

Эту уникальность еврейского экономического прошлого и настоящего можно было бы сформулировать и четко объяснить, обратившись к литературе Поалей Циона в России до и в течение последнего десятилетия, но мы будем основывать свой анализ на литературе, намного старше отмеченной. Давайте начнем с различия, сделанного Аристотелем, которого Маркс часто цитирует с большим уважением (различие, которое марксисты, к сожалению, забыли или пренебрегли.) Аристотель различает два способа получения средств к существованию: во-первых, средства к существованию, полученные от природы; и во-вторых, средства к существованию, полученные от человека. Фермер, горняк или рыбак получает средства к существованию от природы; деловой человек, банкир или врач получает его от человека. С точки зрения этого различия очевидно, что евреи, в отличие от всех других народов, получают средства к существованию исключительно от человека.

Мы проведем наш анализ немного дальше, опираясь на экономическую теорию Отто Эфферца. Он классифицирует человеческое производство на основе доли труда и земли (или элементов, полученных непосредственно от земли) в нем. Если использовать фермера в качестве иллюстрации, не может быть никаких сомнений в том, что его работа по выращиванию различных культур является сложной и важной; тем не менее, роль, которую играет почва в производстве урожая, больше, чем роль человеческого труда. Фермер обрабатывает, удобряет, пашет, сеет и, в конце концов, собирает урожай; но в конечном счете именно природа обеспечивает наиболее важные факторы производства урожая. С другой стороны, человеческий труд, связанный с производством одежды, намного превышает вклад природы. Овца и шерсть - это продукты природы; но с того момента, как ножницы отрезают шерсть от спины овцы и проходят долгий процесс очистки, прядения, окрашивания и ткачества, исключительно человеческий труд приводит к завершению куском ткани. Труд не закончил свою работу, пока портной не разрезал ткань и не изготовил костюм. В этой длительной последовательности вклад природы незначителен пропорционально огромным требованиям, предъявляемым к человеческому труду. В отношении этого второго различия мы обнаруживаем, что в еврейском производстве, опять-таки в отличие от такового у всех других наций, доля человеческого труда намного превышает вовлеченные природные элементы.

Этот анализ объясняет, почему еврейская экономика - «люфт», и почему еврейская жизнь - «люфт». Термин luftmensch, это вклад Макса Нордау в нашу литературу, и он очень хорошо выражает оторванность еврейского труда от земли. Безусловно, ни у одной нации экономическая жизнь не основана только на земле. Вся экономическая жизнь состоит из обоих элементов, земли и труда. Действительно, развитие промышленности неизменно сопровождается увеличением элемента человеческого труда и пропорциональным уменьшением элементов природы в производстве. Хотя элементы почвы и природы уменьшаются в экономической жизни других народов, они почти отсутствуют в еврейском производстве, которое основано исключительно на человеческом труде.

Помимо этого, в рамках труда в производстве мы должны различать физический труд и умственный труд. Это распространенное явление, когда в экономической жизни евреев профессии, требующие умственного труда, намного превосходят те, которые требуют физического труда. Конечно, мы не должны упускать из виду тот факт, что среди других наций доля умственных работников также увеличивается с возрастанием культурного развития людей. Но нет другой нации, у которой эта доля столь же высока, как у евреев.Капиталист или предприниматель вкладывает умственный труд в свое предприятие. Его работа заключается в организации и управлении бизнесом. Вклад наемного работника состоит в основном из физического труда. Естественная тяга еврея к профессиям, требующим умственного труда, является примером предпринимательского духа, который заставляет еврейского рабочего стать маленьким, но независимым бизнесменом. Так называемый экономический индивидуализм глубоко укоренен в безземельной истории еврейского народа.

Подводя итог: в еврейском экономическом производстве можно наблюдать два важных явления:
(1) Преобладание элемента человеческого труда над элементами природы.
(2) Преобладание умственного труда над физическим трудом.

III

Продукты человеческого предпринимательства, как правило, делятся на три классификации:
(1) Производственные товары, например, машины, сырье, инструменты и т. д.
(2) Средства связи и транспорта, например, железные дороги, автобусы, вагоны, корабли, телефон, телеграф и т. д .
(3) Товары народного потребления, например продукты питания, одежда, дома, мебель, посуда, книжные картинки, музыкальные инструменты и т. д.
В рамках этих классификаций человеческого производства могут быть сделаны дальнейшие разделения с использованием в качестве критерия близости продукта или его удаленности от природы. История пары обуви начинается с того, что фермер выращивает и кормит других мастеров кожевенной промышленности, задача которых состоит в том, чтобы до определенной степени очистить кожу. Наконец, из рук сапожника выходит готовое изделие.

Соответственно, мы должны различать в производстве следующие уровни:
(1) Первичный уровень производства, в который мы включаем отрасли производства ближайшего к природе характера, например, земледелие, садоводство, животноводство и т. д. Здесь элемент почвы, или природа, преобладает над человеческим трудом.
(2) Уровень базовой промышленности -горнодобывающей, карьерной, лесной и др. На этом уровне происходит увеличение доли человеческого труда.
(3) Первично -промежуточный уровень производства. Этот уровень еще больше удален от природы. В него входят металлообрабатывающая, строительная и текстильная отрасли.
(4) Вторично- промежуточный уровень производства. К этой категории мы относим химическую промышленность, лесную промышленность, производство кожи, бумаги и т. д. Здесь мы приближаемся к уровню потребителя и еще больше отдаляемся от природы. Занятия многих евреев подпадают под эту категорию.
(5) Конечный уровень производства, который включает торговлю иглами, банковское дело, печать и т. д. и непосредственно обслуживает потребителя. На этом уровне мы находим наибольшую концентрацию евреев. Здесь элементы почвы и природы полностью исчезли, а человеческий труд является лишь составляющим.

В свете этой классификации давайте посмотрим, какую информацию можно получить из наших статистических таблиц. В таблице I, которая основана на российской переписи 1897 года и австрийской переписи 1900 года, еврейские занятия расположены в порядке их отдаленности от природы. В таблице также представлена информация о процентах, которые составляют евреи по отношению к общей численности занятых в различных отраслях производства. Таблица сообщает следующую информацию:
(а) Еврейские занятия далеки от природы. В России только 0,6% занятых в сельском хозяйстве являются евреями, а в Галиции только 1,5%.
(b) Процент евреев на любом уровне производства напрямую зависит от его отдаленности от природы. На уровне основной промышленности от 8 до 9% рабочих - евреи. На среднем-среднем уровне процент евреев возрастает до 15-20 лет. На третично -среднем уровне он достигает 25-33%.
с) на конечном уровне производства еврейский труд составляет 50% от общего объема; то есть евреи имеют самое высокое представительство в профессиях, которые находятся на большем расстоянии от природы.
(d) Подавляющее большинство неевреев получают средства к существованию от природы (на уровнях 1 и 2, то есть от сельского хозяйства и базовой промышленности), тогда как большинство евреев зарабатывают себе на жизнь непосредственно от других людей. В России и Галиции 70-80% неевреев зарабатывают себе на жизнь непосредственно от природы; такой же процент евреев зарабатывают на на других людях.

Эти цифры основаны на официальной государственной статистике. Они не вызваны сионистскими теориями и не мотивированы хотя бы отдаленной заботой об еврейских проблемах. Выше приведены собственные классификации автора. Он был вынужден сделать их по двум причинам. Во-первых, потому что профессии по-разному классифицируются в России и в Австрии. Во-вторых, потому что классификации официальной государственной статистики слишком общие; например, в этих государственных статистических данных мы находим, что крупная металлургия, которая по праву принадлежит к классу 3, и мелкие производители металлоконструкций, такие как кузнец, слесарь или жестянщик, которые по праву принадлежат к классу 5, относятся к одной категории. Если бы официальная статистика была чем-то лучшим, чем неразборчивый беспорядок, которым она на самом деле является, то она бы намного более четко отображала экономическое положение еврейского народа. Однако даже завеса официальных данных не может скрыть преобладающий закон еврейской экономики, а именно то, что концентрация еврейского труда в любой профессии напрямую зависит от удаленности этой профессии от природы.
Как будто неумолимый кнут истории все больше и больше отталкивал евреев от почвы и природы, все выше и выше, в несущественный эфир социального расслоения; как будто история сговорилась никогда не освобождать евреев от оков экономического безземелья.

Информация, представленная в таблице I, сообщает о людях, далеких от наиболее важных, наиболее влиятельных и наиболее устойчивых отраслей производства, далеких от профессий, которые находятся в центре истории. Вместо того чтобы сосредоточиться на жизненно важном центре экономической жизни, евреи разбросаны по его периферии. Очевидно, что судьба общества никоим образом не зависит от игольной или табачной промышленности. Эти излишки общественной жизни, которые состоят из распределения готовой продукции, должны черпать свое питание из труда в таких центральных отраслях производства, как сельское хозяйство, разведение овец, горное дело, железные дороги, судоходство и т. д.
Мораль этой истории, рассказанной сухой статистикой, заключается в том, что до тех пор, пока евреи остаются вдали от природы и основных отраслей промышленности, экономическая жизнь евреев будет оставаться на прежнем уровне, еврейская культура будет ослабевать, а политическое благосостояние евреев останется игрушка случая. Эти цифры заставляют нас сделать неизбежный вывод о том, что в международном социализме, классовой борьбе и революции роль еврейского социализма будет столь же незначительной, как и еврейская игла и утюг по сравнению с нееврейским трактором, локомотивом или пароходом.
Такова хроническая болезнь еврейской истории. Те, кто стремится укрепить привязанность евреев к разреженной экономической атмосфере галута, те, кто ищет утешения для еврейского народа в песнях изгнания и надеждах изгнания, просто помогают увековечить наше хроническое заболевание.

IV

От этого анализа хронического экономического недуга еврейского народа с точки зрения современных концепций экономической теории, давайте теперь перейдем к анализу той же группы явлений в марксистских терминах.
Маркс делит современный капитал на две категории: (1) постоянный капитал, который состоит из средств производства, таких как земля, фабричные здания, сырье, уголь, машины, инвентарь и т.д.; (2) переменный капитал, состоящий из рабочей силы человека. Поэтому в капитале, вложенном в любое предприятие, мы должны, согласно Марксу, различать эти две категории. Инвестиции в аренду, уголь, машины, грузоперевозки и т.д. являются постоянной частью капитала; инвестиции в заработную плату - это ее переменная часть.
Разумеется, весь капитал, как постоянный, так и переменный, создается человеческим трудом. Давайте сразу же заметим, что, поскольку число евреев в производстве зданий, машин, средств связи и сырья незначительно, евреи в целом мало участвуют в производстве и распределении постоянного капитала. Еврейский труд вкладывается в производство переменного капитала, и здесь евреи также подвергаются конкуренции со стороны нееврейского труда.

Следующим шагом в нашем анализе является наблюдение, что оба вида капитала находятся в процессе непрерывного расширения. Однако темпы роста постоянного капитала выше, чем у переменного капитала. В развивающейся технологической экономике объем работы, выполняемой машинами, постоянно увеличивается за счет человеческого труда. Рабочие увольняются, поскольку новые машины вводятся в процесс производства. Закон о том, что постоянный капитал растет за счет переменного капитала, является одним из наиболее важных обобщений в экономической теории Маркса.
Маркс устанавливает тот факт, что машина вытесняет работника, а постоянный капитал вытесняет переменный капитал. Поскольку еврейский труд сосредоточен исключительно на производстве переменного капитала, мы должны сделать вывод, что еврейский труд все чаще вытесняется нееврейским трудом.

Это, очевидно, логичный вывод, к которому нас ведут экономические теории Маркса. Неспособность последователей Маркса видеть это, может быть объяснена только их полной неспособностью исследовать еврейские экономические условия в свете научных принципов. Развитие технологий неизбежно приведет к тому, что еврейские работники останутся без работы. Еврейский труд неизбежно останется технологически отсталым, потому что машина является его самым грозным врагом. И все это, в свою очередь, можно объяснить только тем, что еврей отлучен от природы.
К счастью, перемещение еврейского труда - это медленный процесс, а не внезапная катастрофа. В Европе нееврейский труд постепенно вытесняет еврейских ткачей, сапожников, краснодеревщиков и производителей сигар. С введением ткацкого станка евреи-ткачи в Лодзи и Белостоке почти полностью ушли в прошлое, а нееврейский труд управляет машинами. Обувная промышленность в Варшаве и Одессе прошла через один и тот же эволюционный процесс. Крупные табачные фабрики в России сейчас почти полностью находятся в руках гойского труда.
Евреи вынуждены искать новую работу; и они мигрируют в четыре стороны Света в поисках возможностей для развития новых отраслей промышленности. В Англии, где евреи основали крупную современную игольную промышленность, еврейский труд вытесняют гои. В Америке евреи также теряют контроль над торговлей иглами, основателями которой они были. Постепенно, шаг за шагом, они вынуждены уходить от работы в американской игольной промышленности из-за наплыва итальянцев, поляков, литовцев и сирийцев.

По мере нашего продвижения становится все более очевидным, что еврейская экономическая структура деформирована из-за ее отдаленности от природы. Так называемое еврейская болезнь является результатом исторических условий и, следовательно, хроническим. Хорошо известно, что организм приспособился к этому хроническому заболеванию, которое мучает его почти две тысячи лет. Но марксистский анализ выявил еще одно, более тревожное осложнение. Это предупреждает нас о том, что при современном капитализме процесс перемещения ухудшит наше положение. Спустя две тысячи лет наша боль перестала быть тупой. Она стала острой.
Безземелье еврейского народа является источником его болезни и трагедии. У нас нет собственной территории, поэтому мы по необходимости отлучаемся от природы. Поэтому, учитывая недавно развившуюся среду капиталистического производства и конкуренции, это ненормальное обстоятельство вполне естественно принимает формы острого и опасного характера.

В Италии, где число евреев мало, их экономические, политические и культурные условия выгодно отличаются от условий их братьев в любой части мира. Евреи часто занимают важные посты в политической и интеллектуальной жизни страны. Наша статистика, однако, говорит о другом. Экономическая структура итальянского еврейства является одной из самых ненормальных и непродуктивных. Сельское хозяйство - это нечто совершенно чуждое итальянскому еврею. Менее 9% евреев заняты в промышленности; более того, они заняты не как работники, а как предприниматели. Половина итальянских евреев - торговцы. Почти все итальянские евреи получают свои доходы от эксплуатации иностранной рабочей силы, главным образом в неосновных отраслях промышленности.

Ситуация в Германии не сильно отличается. Число евреев в Германии в двенадцать раз больше, чем в Италии. Их роль в политической жизни страны менее заметна. Экономическая картина немецкого еврейства, однако, показывает большую долю производительности. Целых 22% заняты в промышленности. Тем не менее основным вкладом евреев в экономическую жизнь Германии по-прежнему остается капитал, используемый для эксплуатации.

В Австрии евреев в два раза больше, чем в Германии. Галиция, Буковина и Вена густо населены евреями. Среди этих масс наблюдается стремление вернуться к производительным, «естественным» занятиям. Более четверти евреев заняты в промышленности, и в большинстве случаев не как капиталисты, а как наемные работники и мелкие собственники. Почти 13% евреев Австрии занимаются сельским хозяйством. Таким образом, в целом мы имеем представление о значительном количестве евреев, которые проникли на основной уровень производства.

В России мы также можем наблюдать аналогичную попытку возврата к производительным профессиям. В то время как во всех других странах Европы еврей живет в основном коммерцией, а не промышленностью, в России наблюдается большая тенденция к индустриализации. Это развитие имеет место несмотря на огромные препятствия, наложенные правительством. Несмотря на правительственные ограничения, которые запрещают евреям жить в сельских районах вне местечек, мы видим, что многие евреи возвращаются к земле, к природе.

В еврейской жизни происходит медленная, но фундаментальная революция. Мы свидетели медленного перехода еврейских масс от непродуктивных к производительным занятиям. Кульминацией этого процесса является эмиграция. Американская статистика говорит нам, что продуктивный труд стал основой еврейской экономической жизни; и еврейский пролетарий, истинный представитель еврейства.

Нет статистических данных о Палестине и Аргентине, но есть основания полагать, что в этих двух странах еврейская работа стала еще более продуктивной, более близкой к природе и глубже укоренилась в почве чем в Соединенных Штатах. И есть еще одна причина полагать, что в Палестине с ее еврейскими колониями и еврейским сельским хозяйством экономическое положение евреев более надежно и менее подвержено капризам случайности.

В течение сотен лет еврейские массы слепо искали способ вернуться к природе, почве. Наконец мы нашли этот способ. Это путь сионизма. Сионизм является логическим, естественным следствием экономической революции, которая происходит в еврейской жизни в течение последних нескольких сотен лет. Даже в галуте наш народ стремится обратиться к более «естественным» и более продуктивным профессиям, но это радикальное изменение не может полностью завершиться во враждебной атмосфере галута.
Сионизм - единственное движение, способное привнести разум, порядок и дисциплину в еврейскую жизнь. Сионизм - единственный ответ на экономические и исторические нужды еврейского народа.
Subscribe

  • Как Михаэль Дорфман опубликовался в России, а евреи произошли от славян. Евгений Мороз.

    Михаэль (в прошлом — Михаил Борисович) Дорфман — исключительно плодовитый публицист, проживающий ныне в США. Всеведущая Википедия сообщает, что перу…

  • ПОЕЗДКА К РЕБЕ

    О повседневной жизни хасидов, насыщенной и колоритной, мы рассказываем гораздо реже, чем о хасидской философии. Главное событие в жизни хасида, как в…

  • ЯФФО

    18 апреля 2021 на раввина Элияу Мали, Главу яффской йешивы "Шират Моше" и на директора этой йешивы Моше Шендовича в Яффо напали арабы. Раввин и…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments